Автор: SimKa
Бета: Chibik_Kawaii
Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: Артур, Матвей, Вадим, и др.
Рейтинг: NC-17
Жанры: Повседневность, Слэш (яой)
Предупреждения: Нецензурная лексика
Размер: планируется Макси,
Статус: в процессе написания
Описание:
Что может дать тебе новая работа? Новых друзей? Новую любовь? Новую жизнь? Или же все сразу, и полностью нового тебя? Что будет, если ты решишь все таки посмотреть своим страхам в лицо, а не прятаться от них, прикрываясь общественной моралью?
Посвящение:
Всем кто читал "Amoral" и ждал продолжения... )))
Глава 3.Утро добрым не бывает. Всем известный факт, не так ли?
Артур в очередной раз убедился в этой простой истине, когда сквозь сон услышал ругань родителей. Посмотрев на часы, парень застонал и накрыл голову подушкой. Боже, еще только начало седьмого… Подушка не очень-то помогала. Приглушала истеричные вопли матери и грозный рык отчима, но сразу было ясно, что поспать в этом доме ему больше не удастся, и это с учетом того, что сам он оказался в постели каких-то два с небольшим часа назад. Повисев в интернете и воочию убедившись в том, что через пару тройку дней его и правда ждут на встрече выпускников, о чем ему сообщила все та же вездесущая Машка, прислав сообщение «Вконтакте», Артур поболтал со знакомыми в аське, посмотрел пару фильмов и лишь потом лег спать. С учетом того, что всю следующую ночь ему предстояло провести на ногах, исполняя роль «мальчика на побегушках», парень решил, что будет лучше, если он поспит днем и проснется где-нибудь после обеда. Только наличие вот такого вот «будильника» в своей жизни Артур не учел. Надеяться на то, что его неугомонные родители успокоятся и дадут-таки поспать, было верхом глупости. Уж кто-кто, а Артур знал это не понаслышке. Ругань если и прекратится, то включится телевизор, и обязательно на всю громкость, словно те, кто его слушал глухие на оба уха.
- Черт бы вас побрал, - выругался Артур, прижимая к ушам подушку. Крики практически стали не слышны, но это вовсе не было выходом. Ну не спать же ему, привязав к голове подушку. Необходимо найти место, где можно было бы поспать в тишине и покое…
Настойчивая трель звонка прорвалась сквозь сон и заставила Матвея выругаться. Второй раз он выругался, когда достал телефон из-под подушки и посмотрел на время. Утро. Рань же господняя, а к нему уже кто-то ломится! Причем ломится настойчиво так. В это время и таким упрямым может быть только один человек – его мать. И какого ее принесло ни свет ни заря?
Матвей сполз с дивана, натянул на себя спортивки и двинулся в коридор. Не посмотрев в глазок, ибо, как и вчера, парень был уверен в том, что прекрасно знает, кто к нему пожаловал, Матвей открыл и сонными глазами уставился на Артура.
- Что ты здесь делаешь? – спросил Матвей, протирая глаза и пропуская в квартиру друга. Обычно у Артура не было привычки заваливаться к Матвею с утра пораньше.
- Я спать хочу, - ответил Артур таким тоном, словно это было само собой разумеющимся. - Мои с самого утра с ума сходят. А я с подушкой встретился только пол пятого. Пусти переночевать, а?
- Вообще-то уже утро, - недовольно пробурчал Матвей, закрывая дверь.
- Да по барабану. Если я не высплюсь, то мне нахрен никакая работа не будет нужна, - сказал Артур и протянул другу какой-то пакет. - Держи, кстати.
- А это что такое? – спросил Матвей, принимая из рук друга пакет, внутри которого, что-то подозрительно звякнуло.
- Не имею понятия. Висело на твоей ручке, – ответил Артур, скидывая с ног кроссовки. - Я вообще поражаюсь, как еще не спер никто. Ты что, самый богатый, чтобы продукты за дверью оставлять. И с чего это ты, кстати говоря, накупил…
Разувшись, Артур забрал у Матвея пакет и прошел на кухню.
- Водка, пиво, мартини, решил упиться?… - перечислял он, выставляя бутылки на стол. – Кофе? Чипсы с икрой? Ты же их, по-моему, терпеть не можешь?
- Блять, Джон, - простонал Матвей, вспомнив, что именно у того в руках видел вчера подобный пакет.
Видимо его бывший рассчитывал на довольно-таки «милый вечер», и уж точно не думал, что ему дадут, что говорится, «от ворот поворот», иначе бы не снабдился настолько качественно: на любой вкус и цвет. От осознания подобного, настроение Матвея нисколько не улучшилось. Нет, это надо же…
- Джон? – медленно, словно уточняя, переспросил Артур.
Эта новость его вовсе не обрадовала. С учетом того, что после, практически, мимолетной встречи с тем в парке, Матвей был, мягко говоря, не в себе, весть о том, что Джон появлялся здесь, выдавала не очень-то радужные перспективы.
- Он… Приходил вчера, - нехотя признался Матвей. У него не было никакого желания, делиться этой информацией с другом и что-либо тому объяснять. И он ни за что бы ему об этом не рассказал, если бы Артур не появился этим утром и «не пропалил».
- А вот это уже интересно, - произнес Артур, доставая из-под стола табуретку и усаживаясь на нее. – Что он здесь делал?
- Здесь? Ничего. Я его даже не пустил.
- А зачем он приходил?
- Поговорить.
Матвей со вздохом осмотрел «арсенал», с которым к нему вчера пытался пробиться его бывший парень, и, нахмурившись, принялся убирать его в холодильник.
- Ясно. И ты…
- И я его, как видишь, не пустил, - устало произнес Матвей. - Ты вроде как спать хотел.
- Хотел, - согласился Артур, игнорируя попытку друга, перейти на другую тему. - Но до того как узнал, что этот убогий тут был.
- Он не убогий! – произнес Матвей, еле сдерживая желание наорать на слишком упрямого Артура, и хлопая дверцей холодильника, вымещая свое раздражение на ней.
- Мат… Что ему нужно было? – спросил Артур, желая выяснить до конца, сложившуюся ситуацию.
- Я спать, - ответил Матвей, поняв, что если продолжать развивать эту тему дальше, то до кровати они оба еще не скоро доберутся. - Я сам лег недавно, так что как только надумаешь, приходи.
Матвей развернулся и направился в комнату.
- Мат!
- Турыч! – парень обернулся и окинул друга злым, недовольным взглядом. - Я не знаю, что он хотел, и знать не хочу! Он приперся, я его не пустил. Все. Какие еще вопросы?
Весь вид Матвея просто кричал о том, что разговаривать на эту тему он не будет, и, зная друга, как облупленного, Артур решил притормозить.
- Да никаких… - произнес он, пожимая плечами.
- Тогда может в кроватку уже?
Когда Матвей скрылся за дверью комнаты, Артур тяжело вздохнул, и, достав из кармана пачку сигарет с зажигалкой, прикурил. Он не задумываясь мог поспорить на что угодно, что очередное появление в их жизни Джона еще им отольется. По крайней мере, Матвею так точно. Уж слишком остро его друг реагировал на этого человека, и даже на простое упоминание о нем. Это настораживало, но с другой стороны и радовало. Потому что Артур был уверен в том, что Матвей все ближе и ближе к той точке кипения, за которой он сам расскажет ему, что же тогда между ними произошло. Осталось лишь набраться немного терпения.
Вздохнув, Артур потушил сигарету и направился в комнату.
***
Матвей пил уже третью чашку кофе, когда из комнаты, зевая, вышел Артур.
- Привет, - сказал парень, проходя на кухню, и садясь напротив.
- Добрый день, - отозвался Матвей, глядя на друга. – Как спалось?
- Нормально. Только ты не выдержал своего «Я обиделся», и ночью приполз ко мне под бочок.
- Ничего я не обиделся, - ответил, хмурясь, Матвей.
- Ага, значит то, что ты «приполз ко мне» тебя не смущает?
- А почему меня это должно смущать? Я, в принципе своем люблю поспать «под бочком», как ты заметил… А вот почему это не смутило тебя, это вопрос…
Артур удивленно посмотрел на друга и готовый уже сорваться язвительный ответ так и остался непроизнесенным.
Что-то явно было не так. Обычно на подобные шутки с его стороны, Артур отвечал спокойно и тоже с долей юмора, никогда, при этом, не пытаясь перевести стрелки в обратную сторону. Сейчас же, юмора в его голосе не ощущалось вовсе, да и выражение лица оставалось серьезным…
- Извини, - произнес Матвей, видя, как друг хмурится.
Он давно привык к подобным замечаниям Артура, ведь они уже не раз и не два ночевали на его диване вдвоем. Только вот почему-то сегодня ему не захотелось отшучиваться привычным «Ну ты же знал, куда шел».
Матвей прекрасно помнил весь вчерашний день, да и утро тоже. И ощущение того, что что-то пошло не так, его не покидало. Мало того, что предыдущие пару дней Артур словно в облаках летал: по телефону разговаривал неохотно, на вопросы отвечал невпопад, так и в парке тоже учудил. Словно и не слушал вовсе, о чем ему минут пятнадцать рассказывал Матвей. Складывалось стойкое ощущение, что его друг в очередной раз запал на какую-то девчонку, и, скорее всего, просто обдумывает план наступления. От осознания того, что скоро в их жизни появится очередная Майка-Юлька-Ольга-Машка Матвею стало грустно. То, что в его жизни сейчас никого не было, дело в принципе упрощало. То есть не нужно будет ни с кем прятаться в ванной и при этом помнить о том, что двери следует закрывать, даже если ты находишься в собственной квартире и ничем запрещенным УК РФ не занимаешься. Не нужно будет, находясь в компании друга и его очередной пассии, сдерживать желание взять своего парня за руку просто потому, что так захотелось. Будет легче, но не намного, ибо осознание того, что кто-то рядом с тобой счастлив и наслаждается жизнью в полной мере, в то время, когда ты маешься в одиночестве и правая рука твой лучший друг… Все это вовсе не добавляло настроения, а всего лишь заставляло копаться в себе и заниматься психоанализом, а он Матвею никогда особо не удавался. Наверное, поэтому, проснувшись посередь ночи, Матвей придвинулся поближе к другу и заснул, и уже потом, во сне, чувствуя рядом практически забытое ощущение тепла человеческого тела, бессознательно закинул на Артура руку и ногу, уткнувшись ему носом в шею. В результате пробуждение одновременно было приятным, но не очень-то радостным. Организм, уже долгое время находившийся в одиночестве, на располагающееся рядом тело друга отреагировал предсказуемо, и Матвею в очередной раз пришлось идти в душ и самоудовлетворяться, пытаясь представить на месте Артура кого-то другого. Получалось плохо. Впрочем, как и всегда, в последнее время. Слишком много Артура было в его жизни, и слишком мало там было других, чей образ помог бы решить столь щекотливую проблему. Но что еще больше вывело Матвея из равновесия, так это осознание того, что не один он страдает проблемой утренней эрекции. Видимо, Артур тоже уж слишком долго обходится без должного женского внимания, и, наверное, поэтому во сне, он прижал Матвея к себе так, словно они пара.
Черт. Это были вовсе не те мысли, волю которым можно было бы дать в присутствии друга. Хотя… Пора было бы признаться уже хотя бы самому себе, в том, что именно эти мысли в последнее время все чаще и чаще занимают его голову. Вот уж кто мог бы быть для него идеальным парнем. Только вот друг явно подобного его желания не разделял. Правда все попытки перевести их отношения в другую плоскость производились Матвеем в состоянии особой смелости и полного похуизма, а проще говоря – пьяным. Почему-то именно в такие моменты накатывало все разом: Джон, бросивший его словно щенка неразумного, Пашка, решивший что тягаться с воспоминаниями о Джоне он больше не в силах, Олег, для которого он был просто очередным из толпы… Даже его последний парень Миша, и тот ушел объяснив это тем, что «Ты слишком закрытый и зажатый. Я понимаю, когда мы на людях, но даже когда мы одни, я не чувствую от тебя полной отдачи. У меня такое ощущение, что тело твое со мной, а сам ты черт знает где». И именно в такие моменты, когда ты и сам понимаешь, что совершаешь просто катастрофическую ошибку, предлагая своему другу натуралу, НАТУРАЛУ, БОЖЕШЬ ТЫ МОЙ, секс с парнем, кажется, что все может получиться. Ведь именно в этот момент понимаешь, насколько ты одинок и беззащитен, а хочется, чтобы было все наоборот… Но наоборот не получается. Артур подобные попытки переводит в шутку и отправляет его спать, или, что еще хуже, укладывает его самостоятельно, словно мать своего неразумного ребенка. На утро, после подобных экспериментов становится очень плохо физически, и очень стыдно. Самым правильным, в такие моменты, кажется сделать вид, что он ничего не помнит, а следовательно, ничего не было. Благо Артур, видимо, тоже считал так же, и никогда об этом не упоминал.
Только вот от всего рано или поздно устаешь…
Да и возвращение Джона с его навязчивой идей поговорить, добили основательно. Наверное, поэтому, на привычную уже было шутку, Матвей ответил так, как ответил. Но все-таки, не один он лез обниматься этой ночью…
- Ладно, - произнес Артур, и, поднявшись из-за стола, направился в ванную.
- Зашибись, - проговорил Матвей, когда услышал, как дверь в ванную за другом закрылась. – День начался на ура…
Завтрак, который по времени больше походил то ли на поздний обед, то ли на ранний ужин, проходил в полном молчании. Допив очередную чашку кофе, Матвей поставил ее в раковину и сел на подоконник, закурив сигарету.
- Ах, да, - произнес Артур, тишина которого начала уже напрягать. – Машка мне, кстати, тоже про встречу написала. Спрашивала, когда мне удобнее на следующих выходных или через месяц. Еще не решили толком по ходу.
- Ммм, - промычал Матвей, давая понять, что принял информацию к сведению. – И что ты ответил?
- Да ничего пока. Я и сам не знаю. Но думаю через месяц будет лучше, а то тут только сегодня на работу выйду… Надо будет посмотреть, что там за график, привыкнуть к режиму… Тебе, кстати, как лучше, на выходных или…
Матвей усмехнулся, отрицательно помотал головой, и, поднеся к губам тлеющую сигарету, затянулся.
- Что? – спросил Артур, не понимая такого поведения друга.
- Я тебе вчера минут десять распинался на тему, что видеть никого из них не хочу, - ответил Матвей.
- Да? – удивился Артур. – Когда это?
- Это когда ты «завис» в парке, - напомнил другу Матвей.
Артур попытался вспомнить, когда это он умудрился «зависнуть», как выразился Матвей. Вспомнилось сразу, и не только когда, но и по поводу чего. Тут же отчего то стало стыдно перед другом.
- Понятно, - произнес он, чтобы хоть как-то реабилитироваться хотя бы в своих глазах. – Значит, не идем…
- Ты-то здесь при чем? – удивился Матвей. – Это мне не охота их видеть… Я и учился то с ними, как учился, а общался и того меньше. Ты же с ними всю школу прошел, тебе грех пропустить такое мероприятие.
- Однако я прекрасно помню, что спрашивал ты про нас обоих. Идем МЫ или нет.
- И что?
- Да ничего… Нечего там делать, ты прав. Я тоже из школы выпустился и забыл всех.
- Ну, так вот сходишь, вспомнишь…
- Да что ты меня уговариваешь? Думаешь, я горю желанием видеть их пьяные рожи и слушать рассказы о том, сколько парней и девчонок у них было за это время? Кто женился, кто развелся, кто родил… Да я и так все знаю, открой «контакт» и тебе будет поведано все! Вплоть до того, что «Ой, девочки пронесло… Прикиньте, реально думала – залетела…».
Матвей засмеялся, туша при этом остатки сигареты в пепельнице.
- Не интернет, а помойка… А фотки у девок вообще пиздец, такое ощущение, что я учился с элитными проститутками… О чем с ними можно разговаривать?
- Не знаю, - ответил Матвей, слезая с подоконника.
- Вот и я не знаю… Так что не идем, - вынес свой вердикт Артур.
- Как хочешь, - сказал Матвей. – Я в душ, а потом уже и собираться пора. Сегодня должны провизию привести, надо принять и расставить, так что мне желательно появиться там пораньше.
В клуб парни пришли за два часа до открытия.
К разговору по поводу встречи с классом они больше не возвращались. Артур в очередной раз пожаловался другу на родителей, которые вдруг начали ему названивать и выспрашивать у него, где он есть…
- Привет, - поздоровался Матвей с охранником на входе, протягивая тому руку.
– Никич, это Артур, он тут с сегодняшнего дня, - представил Матвей друга парню лет двадцати пяти.
- Привет, Никита, - представился парень, предлагая Артуру рукопожатие.
- Артур, - ответил ему Артур.
- Кто еще сегодня на смене? – спросил Матвей, проходя за стойку бара, и окидывая взглядом рабочее место, прикидывая, что необходимо сделать перед открытием.
- Сашка, Макс, Семыч и Жора, - перечислил Никита, заходя в зал вслед за Матвеем и Артуром. - Ах, да, и новенький - Мир.
- А из моих?
- Матвей, мне бы за своими уследить…
- Ясно. Машины еще не было? – уточнил Матвей.
- Нет. Ты немного рано сегодня. Сейчас пацаны подтянутся и как обычно, - ответил охранник.
- Да, хорошо, спасибо.
- Что? – спросил Матвей, видя усмешку на губах друга, когда Никита ушел на выход..
- У вас прям подпольный мафиозный клуб, - ответил Артур, так и не прекращая улыбаться.
- Что? Ты о чем? – уточнил Матвей.
- Никич, Семыч, Мир… Что за клички…
- Никита, Семен… А на счет Мира не знаю, сам слышал – он новенький.
- Понятно. А что за «твои» - «мои»?
- Его – это охрана, мои – это официанты, - ответил Матвей.
- Аааа, - протянул Артур. - А я уж было подумал, что вы тут мальчиков делите.
- Турыч, - вздохнул Матвей. – Давай вот только без твоих фирменных шуточек. Здесь и без тебя шутников хватает. И потом, существует же простое понятие корпоративной этики, слыхал о таком?
Машина приехала примерно через полчаса после прихода на работу ребят. Как и предполагалось, остальные к этому времени тоже подтянулись, и товар они приняли довольно-таки быстро. Ребята легко отнеслись к появлению в их компании Артура, а сам, парень, не ожидавший этого, не знал, кого благодарить Бога или друга? Ему, почему-то казалось, что изначально к нему отнесутся настороженно: особо много разговаривать не будут. Именно так Матвей реагировал на кого-то нового в их окружении. Присматривался, пристраивался, продумывал линию поведения, отчего многие изначально считали его снобом, словно он считал себя выше других. Да и потом, помнится, Максим Евгеньевич его предупреждал о возможном не очень, так сказать, замечательном отношении к нему со стороны посетителей клуба, и Артуру, почему-то подумалось, что те, с кем ему предстоит работать, тоже навряд ли отнесутся к его появлению здесь с радостью. Поэтому мысленно он готовился ко многому, но поняв, что никто особо так к нему цепляться не собирается, успокоился.
После пары десятков тяжелых ящиков с пивом, вином, и другими «благородными» напитками, парни вышли на перекур.
- Так где, вы говорите, познакомились? – спросил Антон, прикуривая сигарету Коле.
Антон, Коля, Дима и Олег были официантами.
Коля, высокий брюнет, атлетического телосложения, был ровесником Артуру и Матвею, и изучал новенького прищурясь, словно ожидая какого-то подвоха. Антон стоял рядом с ним, и рассматривал Артура абсолютно не стесняясь. Дима, отойдя в сторону, обсуждал что-то по телефону, а Олег, скорее всего, вышел за компанию со всеми, так как от, предложенной Артуром сигареты, отказался.
- В школе, - ответил Артур, затянувшись.
- Что ж, теперь понятно, почему Матвей здесь ни на кого не смотрит, - усмехнулся Коля.
- Что? – удивился Артур, не понимая смысла произнесенного новым знакомым.
- Эй, парни, - окликнул всех Матвей. – Успокойтесь, а? Мы просто друзья.
- Серьезно? – уточнил Антон.
- Да. К тому же, Турыч натурал, так что…
Матвей не стал заканчивать, предоставляя остальным самим закончить предложение и сделать для себя выводы.
- Кто тут натурал? – переспросил подошедший Дима.
- Я, - ответил Артур, готовясь к новой порции усмешек на тему «А что натурал тут забыл?».
- Здорово, будем держаться вместе. Ибо когда я тут, мне кажется, что мы вымирающий вид, и нас надо занести в Красную Книгу, - сказал, улыбаясь, Дмитрий.
- А что, все так плохо? – спросил у него Артур.
- Могло бы быть и получше, - сказал Дима. – Ну да я уже смирился.
- Ой, не прибедняйся только, - сказал Олег. – Ты прекрасно знал куда шел.
- Ах да, - тут же ответил ему Дима.
– Не смей жаловаться на свою горькую судьбу вот этим троим, - продолжил он, показывая пальцем на Олега, Антона и Колю. – От них не дождешься ни сочувствия, ни сострадания. Они всегда тебя будут тыкать носом в то, что «Ох ты знал, куда шел».
Дима попытался скопировать тон, с которым говорил Олег, отчего вызвал улыбку на губах всех ребят.
- А так тут и нашего брата хватает. Артем, Дэн, Серый, Егор, - начал он перечислять. - Хотя Серый би, так что не знаю, можно ли его причислить к своим. Ну да ты разберешься.
Разговор ребят прервала въехавшая на стоянку серебристая тойота.
- Ох, начальство прикатило, - простонал Антон. – Наверное, злой как черт, ему вчера обломалось. Ау, - воскликнул он, когда получил увесистый подзатыльник от Николая. – За что?
- Тебя так волнует чужое горе?
- Нет. Но если от этого вынуждены страдать все… Да перестань, - простонал он получив второй подзатыльник от Коли и толкнув того в плечо.
- Дома поговорим, - ответил ему Коля.
- Ага. Обломись. Спишь на полу, - сказал Антон и, развернувшись, зашел в клуб.
- Ага. Обломлюсь. И это мне говорит человек, который сам же потом ко мне и приползает. Тоха!
Коля развернулся и направился за парнем, скрывшись в дверях клуба.
- Ээээ, - протянул Артур, не зная как сформулировать вертевшийся у него на языке вопрос. Хотя вроде и так все ясно, и что-то уточнять было излишним.
- Они живут вместе. Квартиру снимают на двоих, - ответил Олег, видя замешательство парня.
- И у них на двоих один диван? – спросил, усмехаясь, Артур, не понимая явное стремление Олега прикрыть очевидный факт.
- Хуже, мне иногда кажется, что у них на двоих один мозг. И большая его часть явно не у Тохи. А так да, они пара, если ты об этом.
- А как же корпоративная этика? – удивился Артур, глядя на Матвея и припоминая их недавний разговор.
- А они клали на нее с высоты Останкинской башни, - ответил ему Матвей. – А если серьезно, они сюда на пару пришли устраиваться, ибо Антон одного Колю не отпустил. Ты не представляешь, что тут за цирк по первости был.
- Кому кости моем? – спросил, улыбаясь, подошедший Вадим.
Услышав его голос, Артур чуть на месте не подпрыгнул. Он уже и забыл о том, что этот мужчина находится где-то поблизости.
- Да так, обсуждаем новую рекламу, - отмахнулся Олег.
- Ясно. Артем, так ведь? – уточнил Вадим, обращаясь к Артуру и окидывая его взглядом с ног до головы.
- Артур, - поправил парень своего нового начальника, давя в себе желание, высказать вслух предположение, что тот нарочно перепутал его имя, так как уж слишком в открытую смеялись его глаза, когда тот назвал его Артемом.
- Артур, точно. Зайдешь ко мне, когда вы тут трепаться перестанете. Я тебя ознакомлю с графиком, и пробежимся еще по парочке вопросов.
Когда Вадим зашел в клуб, Артур выкинул обжегший пальцы фильтр и тихонько выругался.
- Он всегда такой козел или только когда с вечера ничего не обломится? – спросил он, поднося к губам обожженный палец.
- Всегда, - ответил Олег. – И то, что с вечера ему обломится, вовсе не говорит о том, что на следующий день он будет в духе. Это как ему в голову взбредет, знаешь ли. А насчет имени не обращай внимания. Я первое время вообще Олесем для него был.
- Ага, а я Тимофеем, - тут же добавил Матвей. - Это, похоже у него фишка такая, проверка на прочность.
- Понятно.
- А вообще-то он неплохой мужик. Только со своими заскоками, - сказал Олег. – Ладно, пошли, начальство приехало – лафа закончилась.
Вадим проснулся в замечательном настроении. Одна только мысль о том, что сегодня он увидит новенького официанта и сможет приступить к задуманному, смывала напрочь весь негатив от мелких неурядиц последних дней.
На работу он приехал в приподнятом настроении и, казалось, что испортить его ничто не может. Однако вид довольного и счастливого Артура в компании парней, заставил улыбку сползти с лица. Эта компания выглядела так, словно они общаются уже не первый день, и Артур явно чувствовал себя среди них, как рыба в воде. И после этого, этот парень будет заявлять, что он убежденный натурал? Нет уж, дудки. Убежденный натурал, никогда бы не смог так спокойно и свободно чувствовать себя в подобной компании. Так что, похоже, что Вадиму даже напрягаться сильно не придется, для того, чтобы привести свой план в исполнение. Только вот, эту довольную ухмылку с лица парня захотелось смыть…
Стук в кабинет раздался спустя минут десять, пятнадцать. За это время Вадим успел выкурить три сигареты, согреть чайник, пролить на себя чашку кофе и обложить всеми известными ему матами весь мир и себя в частности. Он и сам не понимал, почему ему вдруг захотелось, чтобы Артур забежал в кабинет чуть ли не вслед за ним. И тот факт, что парень стоит там и треплется дальше, почему-то нещадно раздражал.
- Черт бы все это побрал, - выругался Вадим, пытаясь затереть пятно на светлых джинсах, когда в кабинет, предварительно постучав, вошел Артур.
- Можно? – спросил парень, удивленно глядя, как начальник неистово трет полотенцем свою ногу чуть выше колена.
- Только осторожно, - буркнул в ответ Вадим.
- Эээ…
Артур не знал, как реагировать на данную ситуацию: сесть и ждать, когда начальство разберется со своей маленькой проблемой, или выйти и зайти попозже, когда начальство уж точно с ней разберется?
- К черту, - выругался в очередной раз Вадим, и, отбросив полотенце в сторону, направился к шкафу, расстегивая на ходу джинсы. Помнится, где то в недрах этого предмета интерьера валялась пара специфических костюмов. Навряд ли он найдет хоть что-то приличное, но все лучше, чем ехать домой, словно обкончавшийся подросток. А ехать домой придется, не ходить же по клубу с таким пятном от кофе.
- Может мне выйти? - произнес Артур, видя, как Вадим расстегнул джинсы и направился к шкафу.
- Что, твоя детская психика не выдержит вида полуголого мужика? Нет? – спросил он, не дождавшись ответа. – Сядь тогда и сиди.
От подобного обращения Артур опешил. Нет, будь перед ним кто-нибудь другой, а не его непосредственный начальник, он бы ответил что-нибудь такое… Но в данный момент, Вадим явно был не в настроении и шутить с ним не стоило, поэтому парень предпочел подавить в себе порыв и просто отмолчаться.
Перерыв весь имеющийся «гардероб» Вадим достал из шкафа более или менее приличные шорты белого цвета и прошел к столу. Повесив шорты на спинку кресла, мужчина бросил беглый взгляд на сидящего напротив стола парня. Артур сидел, опустив голову и, рассматривал свои пальцы, словно какая-то девица, беспокоящаяся о своем маникюре.
- Тебя что-то смущает? – спросил Вадим, опустив руки на бедра и начав стягивать джинсы.
- Нет, - ответил Артур и, подняв голову, посмотрел мужчине в глаза.
- Это хорошо, - улыбаясь, ответил мужчина. – Стриптиз в нашем заведении довольно-таки распространенное явление, так что тебе лучше привыкнуть.
- Стриптиз? Что, сами лично танцуете? – съязвил Артур.
Даже если Вадим и пролил что-то на себя, явно не специально, если только он совсем не дурак, конечно, то все остальное было сделано просто на показ, и с каждой секундой Артур уверялся в этом все больше и больше. Тем более эта его ухмылочка…
Вадим выдернул ногу из штанины, стянул со второй, и бросил джинсы в Артура.
- Ну, специально для тебя могу и станцевать, если очень-очень попросишь…
- Спасибо, - ответил Артур, откидывая «прилетевшее счастье» в сторону. – Не думаю, что стоит.
- В том, и дело, что не думаешь…
- Может… Все-таки о работе? – предложил Артур, которого вся разыгранная сцена начала попросту раздражать.
Нет, он, конечно, понял, что Вадим человек со странностями, и с тем, что с этими странностями ему предстоит сталкиваться, он даже уже смирился, но то, что происходило сейчас, было явным перебором.
- А ты тренируй выдержку. Представь, что я клиент.
- Вы не клиент, - отрезал Артур, поднимаясь со стула. – И мне вовсе не думается, что хоть кто-то из клиентов будет вести себя подобным образом.
Вадим усмехнулся. Вообще-то парень прав. Если в их заведении и был стриптиз, то только исполняемый профессионалами, а уж никак не упившимися клиентами. Таких тут сразу выводили за дверь на свежий воздух и там уж дальше, как тем повезет.
- Ну, а вдруг? Откуда ты знаешь, что клиенту может придти в голову?
- Я не экстрасенс, эти вопросы не ко мне.
- Ну, а если такая ситуация… Что ты будешь делать?
- Позову охрану. Они тут для того и есть…
- Тоже верно… Хотя выдержку я бы твою потренировал…
- Свою потренируйте, а я уж как-нибудь сам…
- Да ты…
Увидев, как Артур вопрошающе на него посмотрел, сдерживая при этом улыбку, явно довольный тем, что замечание сработало как надо, Вадим усмехнулся.
- Ладно. К черту все.
Стянув со спинки кресла шорты, Вадим натянул их и поморщился.
- Что, не ваш размерчик? – не удержался от подколки Артур, видя, насколько узки мужчине шорты.
- Явно не мой, - согласился Вадим. – И так, садись, чего встал?
Артур пожал плечами и сел обратно в кресло.
Вадим попытался сделать шаг, и поморщился от того, насколько сильно края шорт врезались в кожу.
- Предлагаю по-быстрому все обсудить, и ты пойдешь работать, а я домой.
- Легко, - сказал Артур, пожав при этом плечами.
- И так…
Вадим нагнулся к ящику стола, намереваясь достать бумаги, которые он подготовил буквально вчера и по комнате раздался характерный треск ткани. Шорты явно не выдержали и разошлись по швам.
- Блять! – вырвалось у мужчины.
Артур же просто не смог сдержать приступа подступившего смеха. Нет, неужели этот мужчина реально думал, что у него прокатит этот номер? Парень, конечно, не знал, что за стриптизеры у них тут водятся, но по габаритам они явно размера на два-три, если не больше, меньше Вадима, если только тот не специально достал шорты меньшего размера, так что подобный конфуз был, так сказать, предрешен.
- Заткнись, - зло прошипел Вадим, и, достав из стола бумаги сел в кресло.
- И так, Артур… Я прав? – уточнил он, при этом ехидно улыбаясь…
Парень кивнул и приказал себе успокоиться. Этот человек явно решил вывести его из себя. Ведь меньше получаса тому назад, они это уже проходили…
– Это твой график, - сказал Вадим, протягивая листок парню и пристально его изучая. - Не знаю, говорил тебе Максим или нет, про испытательный срок?
Артур отрицательно помотал головой, и, взяв в руки бумагу, пробежался по ней глазами.
- Месяц, - произнес мужчина. - Если ты, конечно, сам вперед не убежишь.
В замечании Вадима сквозила настолько неприкрытая ирония, будто он и не сомневался в том, что парень сбежит уже через час после начала работы, так что о месяце и говорить нечего.
- Не сбегу. Я упертый, - ответил Артур, складывая листок пополам, и пряча его в заднем кармане джинс.
- Ты когда-нибудь работал в подобной сфере? – продолжал Вадим свой допрос.
Он прекрасно понимал, что уже порядком достал парня, но в этом, почему-то, и была вся соль. Хотелось узнать его придел, вывести на эмоции, а пока что парень очень неплохо с ними справлялся.
- Нет, - ответил Артур, пожимая плечами. - Но, никогда не поздно попробовать что-то новое. Я быстро учусь.
- Работу ищешь на постоянную основу, или как? - спросил Вадим.
- Пока на лето, там видно будет, - ответил Артур.
- До конца лета осталось месяц с небольшим. То есть получается, что ты отработаешь испытательный срок и свалишь. Есть резон?
- Я же сказал, там видно будет, - повторил Артур.
- Думаешь, осенью найдешь что-то более… стоящее… - Вадим произнес это с такой интонацией и ухмылкой на лице, словно и правда, считал, что работа в их клубе – это единственное, на что способен Артур. Или что их клуб – не более и не менее – пуп земли, и все остальные вакансии это так…
- Нет, осенью у меня начнется учеба. Последний год, так что, там видно будет, смогу я совмещать или нет, - ответил Артур, глядя на Вадима, и видя, как брови того изгибаются домиком спросил:
- Что?
- Ты учишься?
- Да. А что тут странного? – удивился Артур.
- Да нет. Тут многие учатся. Но у тебя, как я понимаю, очное?
- Да.
- И ты собираешься совмещать… Знаешь, это тебе придется не спать несколько суток к ряду.
- Я же говорю – там видно будет.
- Понятно. Значит так… У нас вообще-то все по трудовой. Еще нужна медицинская книжка, она у тебя есть?
- Нет, - ответил Артур, чертыхаясь про себя, и понимая, что все-таки пролетел… А жаль. Ребята вроде неплохие, да и возможность работать вместе с Матвеем тоже радовала.
- Ладно. Давай тогда поступим так: до конца лета у тебя испытательный срок. За это время советую завести трудовую и санкнижку, в жизни, знаешь ли, все пригодится. Начнется учеба, там посмотрим – оформлять тебя или нет. Сможешь ты совмещать, или предпочтешь бросить.
Артур облегченно выдохнул.
Что ж, может этот Вадим и не такой мудак, каким иногда старается казаться.
- И, - произнес Вадим, поднимаясь со своего места, обходя стол и останавливаясь около парня.
- Насколько я понял – характер у тебя не подарок…
- У вас тоже, - буркнул себе под нос Артур, надеясь, что Вадим его не услышал. В конце концов, даже если Максим Евгеньевич и одобрил его кандидатуру, отсутствие некоторых документов дает Вадиму полное право не брать его на работу. Ведь случись чего, насколько Артур понял, разгребать проблемы с документами придется именно ему.
- Я знаю, - ответил Вадим, улыбаясь, и давая понять, что замечание парня не осталось незамеченным. – Так вот. Макс тебе уже говорил, но думаю, стоит повторить: клиент всегда прав. Даже если он не прав, смотри пункт первый – это негласное правило любого подобного бизнеса. Нет, конечно, случись чего, вряд ли хоть кто-то из них побежит куда-то жаловаться, это может ударить по их же репутации – сам понимаешь. Но любой конфуз точно также может ударить и по нам.
- Я понимаю, - ответил Артур.
- Дальше. Претензии по графику работы на испытательный срок не принимаются. Просто он у нас составляется на некоторое время вперед, но с учетом нехватки кадров дырки все равно остаются. Обычно ребята сами между собой договариваются, кто их закрывает, кому как удобнее. Я же закрыл большинство из них твоей кандидатурой. График получился напряженным, не спорю. В любой момент, можешь кого-нибудь попросить тебя подменить, только чтобы точно. Бывали случаи у нас, когда парни договаривались за неделю. Соответственно один считал, что его заменят, у второго за эту неделю появлялись свои планы или он просто забывал, и каждый при этом находил отговорки. Такого быть не должно.
- Ясно.
- Хорошо, - произнес Вадим. – Вроде все.
Ромка собирался долго и тщательно. Эта затея пришла к нему в голову довольно-таки давно, но осуществить он ее решился только сейчас. Придуманная для бабушки отговорка была, что говорится, стопроцентной. Любой человек мог заболеть, даже не смотря на то, что на дворе лето, тем более такой пожилой дедушка, каким он описывал своего сменщика по работе. Оставалось молиться лишь о том, чтобы в «Amoral» его все же впустили, иначе ночевать придется на улице. В отличие от большинства его сверстников, которым уже зачастую даже пиво в магазинах продавали, не спрашивая паспорта, Ромка выглядел младше своих лет, и пытаться пробраться в какой-либо другой куб, не предъявив паспорта – было бы глупо и бесполезно. Да и не интересовали его другие клубы – все ровно ловить ему там было нечего.
О том, что их с бабушкой сосед по лестничной площадке уехал на дачу, Рома узнал случайно, когда бабушка проговорилась, что отправила «Юленьке и мальчикам пирогов». Именно тогда он и понял, что этот вечер может стать его шансом. Рассчитывать на то, что в клубе он познакомится с ровесником не приходилось – несовершеннолетние туда не пропускались, Максим Евгеньевич следил за этим строго. Да и вообще, как ему казалось, кого-то младше лет двадцати он там и не видел. Не смотря на некоторый внутренний страх вляпаться в какую-нибудь не хорошую историю, Рома убеждал себя, что все, по - любому, будет хорошо. Иначе просто и быть не могло – в клубе все его знают, и он знает практически всех, да и потом, ребята, свои, те, кто там работает, вряд ли позволят кому-то его обидеть. Мысли, может быть и глупые, и даже самоуверенные, Ромка и сам это понимал, но отказаться от своей затеи сейчас, когда он был так близок к ее исполнению, уже не мог.
Пробраться в клуб в нерабочее время, когда там был Максим Евгеньевич, Рома даже не мечтал. Если другим своим работникам он и позволял иногда там отдохнуть, да и то, скорее от безысходности – больше парням, в большинстве своем, идти было некуда – все остальные клубы в городе для натуралов, то Роме в нерабочее время вход в клуб был строго заказан. Об этом Максим Евгеньевич предупредил его сразу. Обидно, конечно. Второй месяц работать в клубе и не иметь возможности самому там отдохнуть.
Вообще-то, на эту вылазку Ромка собрался со строго определенной целью – найти себе парня. Оставаться девственником в семнадцать ему казалось стыдным, да и просто уже хотелось. Нет, скорее всего, не секса ему хотелось, а простых, человеческих отношений. Понимать, что ты кому-то нужен, что кто-то по тебе скучает, ждет встречи, что кто-то где-то ожидает с утра твоего звонка или смс-ки, что кто-то заботится о тебе не по-родственному или по-дружески, а по-другому…
О том, что девушки его не интересуют, Рома понял еще в период полового созревания. И если честно, даже не очень этого испугался. Когда несколько лет назад их соседями оказались Максим Евгеньевич и его жена Юля, Рома даже не представлял, какую роль эти люди сыграют в его жизни. Ему было десять или около того, когда он впервые в своей жизни увидел настоящего гея – Вадима. Бабушка в то время была еще помоложе и работала на двух работах, дома успевая появляться только для того, чтобы что-то приготовить внуку, проверить его школьное домашнее задание и поспать. Поэтому большую часть своего времени Рома проводил либо во дворе с соседскими ребятами, либо дома один. Сначала, ему казалось, что смириться с приездом новых соседей он не сможет никогда. Уж слишком часто к тем наведывался молодой парень, в большинстве своем в неадекватном состоянии, а Максим Евгеньевич пытался того вразумить.
Бабушка с новыми соседями быстро нашла общий язык и по-соседски часто просила приглядеть за ее внуком хоть одним глазком. Юля, которая в принципе своем, детей любила, согласилась, практически не раздумывая. Да и потом, кто еще поможет им обжиться на новом месте и наладить контакт с жильцами, как не человек, проживший в этом доме практически всю свою жизнь? Именно поэтому, в первое время Роме приходилось оставаться у соседей, если бабушка задерживалась на работе больше обычного, ибо любимый внук был под присмотром, и можно было сделать немного больше. Именно в такие моменты ему и приходилось на близком расстоянии наблюдать те ссоры, что изначально он слушал лишь из-за стенки. Уже через несколько дней Рома понял, в чем причина постоянного недовольства соседей. Парень, являющийся видимо каким-то близким родственником Юли был мало того что алкоголиком и начинающим наркоманом, он оказался еще и геем. Эта новость повергла Рому в шок. О таких в его дворе, обычно, отзывались не очень лестно не только те, кто постарше, но и его ровесники. Желание общаться с новыми соседями у Ромы тут же пропало напрочь, и он уговорил бабушку оставлять его в их квартире. Правда убедить пожилого человека советской закалки в том, что в свои десять лет он уже большой мальчик и не пропадет, оказалось трудновато. Не помогло даже то, что совсем в скором времени Юля оказалась в положении. Пришлось более усердно делать домашние задания, тщательнее убирать в квартире и даже учиться готовить хотя бы самые простые блюда. Рома был готов на все, лишь бы не находиться в одной квартире с «противным пидорасом», как говорили во дворе. Правда рассказать о том, что этот самый пидорас в их дворе появился, Ромка так и не смог. Уж слишком боялся, что такой же ярлык повешают на него, да и соседям своим усложнять жизнь не хотелось – все-таки хорошие люди, даже не смотря на наличие такого родственника.
Правда, скоро ссоры и ругань утихли, соседи обжились в их доме – завели знакомства, да и парень, которого, как выяснилось дальше, звали Вадим, вроде взял себя в руки.
Началось другое. А именно, то самое пресловутое половое созревание, которого все его друзья и сверстники ждали с нетерпением. Сначала Роме казалось, что так и должно быть. Что от девчонок, старающихся выглядеть старше, чем есть, и поэтому носящих вместо юбок «широкие пояса», как говорила бабушка, и красящихся не хуже, чем «женщины за двадцать», как говорили ребята в компании, должно воротить. Ведь еще не так давно все так и было. Они с парнями гоняли этих самых девчонок по дворам, играть с собой не брали, а особо настойчивых даже дергали за волосы, хоть бабушка еще в начальной школе строго настрого запретила так поступать. Просто все как-то незаметно изменилось. Ребята перестали ругаться с девчонками, валять их в снегу и по траве за излишнюю настойчивость, а просто уже звали с ними «прогуляться». Роме прогуляться с девочками никак не хотелось. То ли дело с пацанами. Побеситься, побегать, погонять мячик по стадиону летом или шайбу по пруду зимой. Он не испытывал никакого трепета находясь рядом с первыми красавицами двора, а после дружеского «чмока» в щеку в знак благодарности за «прекрасно проведенное время» вообще казалось, скрутит и вывернет там же, где его и поцеловали.
Что-то не так.
Это Рома понял практически сразу.
А вот что не так, он понял чуть позже. Заметив как-то вечеров во дворе Вадима, в очередной раз нагрянувшего к родственникам, Ромка поморщился, как делал это всегда, когда видел молодого мужчину.
«Фу, как можно», - промелькнуло в голове.
«Но ведь с девчонками противно», - тут же откуда-то взялась мысль.
«Да… А вот если представить себя с Димкой».
Представил. Димка был лучшим другом, и даже в мыслях с ним было уютнее, чем с девочками.
Первая мысль – бред! Так не может быть. Но потом, когда решил все-таки выяснить и начал приглядываться к парням, и прислушиваться к себе, то понял, что, скорее всего, это далеко не бред…
Да где уж там быть бреду, когда в тринадцать лет все твои друзья и одноклассники только и делают, что говорят о девочках и сексе с ними, а ты даже поцелуй с девчонкой перенести не можешь?
Значит…
Значит надо убедиться. Узнать из достоверных источников, как это бывает. Достоверным источником мог быть только один человек – родственник соседей. Правда набраться смелости подойти, и тем более спросить, получилось не сразу.
Пришлось еще поприсматриваться, поприслушиваться.
Оказалось, что когда целуешься с девчонкой, должно быть приятно на душе, немного щекотно в животе и горячо по телу. Всего этого Ромка не испытывал, как ни старался, со сколькими девочками не пытался целоваться. Было противно и слюняво. Ни тебе приятного, ни щекотного, ни горячего. Ничего, кроме желания сплюнуть себе под ноги и вытереть губы, он не испытывал.
Так что, помучавшись еще немного, но твердо решив выяснить все для себя, Ромка, вечерами, пока бабушка была на работе, стал ошиваться около своего подъезда в ожидании «достоверного источника». Ждать пришлось пару тройку дней, а может и неделю, сейчас бы Рома уже и не ответил, сколько тогда он проторчал под дверьми подъезда, словно бездомная собачка. Он уже даже отчаялся этот самый источник выловить, и ошивался там, скорее всего из-за собственного упрямства, чем от желания что-то для себя прояснить…
В один такой прекрасный вечер, он уже было собрался идти гулять с ребятами, которые в последние дни из-за всего происходящего и так смотрели на него косо, но тут появился тот, кого он столько ждал. Крикнув ребятам, чтобы те шли без него, и что он их догонит, Ромка рванул к подъезду как можно быстрее, чтобы успеть открыть дверь своим ключом, и чтобы мужчине не пришлось звонить в домофон. Опоздал совсем чуть-чуть. Вадим уже успел набрать номер квартиры, правда пока ему никто не ответил, Ромка оттолкнул того от двери и нажал сброс. Достал свой ключ и, открыв дверь, пропустил мужчину вперед.
Вадим наблюдал за всем этим со стороны и удивлялся. Раньше этот парень обходил его за версту, даже в одну с ним сторону не смотрел, а теперь вот даже в один лифт с ним заходит…
- Привет, - сказал ему Роман, когда двери лифта за ними закрылись.
- Ну, здравствуй, - усмехнулся Вадим, поняв, что парню от него явно что-то надо, иначе он бы к нему и на пушечный выстрел не подошел.
- Я Рома. А вы Вадим, да? – спросил Рома, не зная с чего начать так необходимый ему, разговор. Хоть и казалось, что он продумал его до мелочей, но все равно… Разговаривать мысленно с самим собой, представляя ответы и реакцию постороннего человека – это одно. А говорить с этим, абсолютно незнакомым тебе человеком, один на один, в замкнутом пространстве лифта – это другое.
Вадим лишь пожал плечами на его вопрос и уставился взглядом в двери. Если парень хочет – пусть разговаривает, никто ему не запрещает.
- А можно у вас узнать? – осторожно начал Рома, понимая, что спрашивать человека в лоб о том, какого это – быть геем, слегка говоря – неприлично.
- Попробуй, - ответил мужчина не глядя на парня, мнущегося рядом в тесной кабине лифта.
Рядом вздохнули. Переступили с ноги на ногу. Снова вздохнули. Потом мимо груди, слегка задевая и отстраняя его, протянулась рука и нажала кнопку «стоп».
- Я надеюсь, ты не убить меня собрался? – спросил мужчина, поворачиваясь лицом к парню, которому на вид он не дал бы и больше десяти лет.
- Нет, - ответил парень и смущенно опустил глаза.
- Что тогда? – задал вопрос Вадим, так и не услышав от парня продолжения.
- Я хотел узнать… Выведьгей? – выпалил парень, ужасно глотая звуки, но, что самое странное, глядя в глаза своему собеседнику.
- А не боишься за такое словить… скажем в нос? – спросил Вадим.
От таких вопросов он уже давно отвык, да и правда, дал бы в нос, если бы парень был постарше хотя бы лет на пять. А так, все равно, что избить младенца…
- Н…нет… я просто хотел узнать… - пробормотал Рома, начав бегать взглядом по кабине лифта.
- Что?
- Ну… какого это?
- Какого что?
Эти непонятный для него разговор начал выводить мужчину из себя. Как бы Вадим не пытался и не анализировал, он не мог понять причины, по которой этот пацан, что еще буквально вчера обходил его десятой стороной, сегодня задает вопросы подобного рода. Причем сразу же видно, что парню не по себе, ему неудобно, и даже стыдно, если верить красным ушам, но он, почему-то, настойчиво продолжает доставать постороннего человека.
- Ну… как Вы узнали? – спросил Рома, в очередной раз, опустив глаза.
Весь его пыл и смелость исчезли под внимательным взглядом мужчины, после скорого и непонятного «Выведьгей». Да, в мыслях все было намного проще…
- Как я узнал, что я гей? – уточнил Вадим, удивленно поднимая бровь.
- Да…
- Трахнул маленького мальчика вроде тебя, мне понравилось…
Парень, после этих слов, сжался. Втянул голову в плечи, причем так, что могло показаться, что шея у него напрочь отсутствует и шмыгнул носом.
Наступившая в кабине тишина казалась гробовой, даже не смотря на то, что где-то сверху хлопнула дверь. Откуда-то снизу кто-то что-то кому-то прокричал вдогонку, и были слышны шаги по лестнице. Кто-то явно куда-то спешил.
- Я серьезно… - проговорил Рома, когда набрался смелости и взглянул вверх.
- Я тоже… Тебе девчонок, что ли мало? Или ты проспорил кому? – спросил Вадим, решив, что, скорее всего так и есть. Иначе бы с чего этому пацаненку вообще во все это ввязываться.
- Нет… Я не на спор, я для себя, честно… - ответил Рома, решив, что если он расскажет все как есть, то ему непременно все объяснят. - Мне противно с девчонками.
- И что? Хочешь попробовать с парнями? – усмехаясь, уточнил Вадим.
Впервые в жизни к нему подошел с подобным вопросом школьник. До этого бывало всякое. Ему попадались и мужчины постарше, которые всю свою жизнь пытались доказать самим себе, что они нормальные, но, в конце концов ломались и «шли на амбразуру», как они это называли. Бывали и его ровесники, те воспринимали происходящее легче, но тоже с теми же самыми вопросами «Как было? Как стало? Как будет?». Бывало всякое… Но чтобы школьник запирал себя с ним в лифте и выпытывал «что да как», такого еще не было.
- Нет! Нет, что вы… просто хочу узнать, как это… как это бывает… - пробормотал Рома, не зная, как спросить то, что он хочет узнать.
- Это бывает по-разному, - начал Вадим, протянув руку к кнопкам на стенке и приведя лифт в движение. - В зависимости от позы, настроя и подручных средств. Но в основном противно и больно. А еще от этого задница болит. Геморрой, знаешь ли…
В принципе все не всегда так, но пацану знать об этом вовсе не обязательно. Знает он эту сегодняшнюю молодежь. Им все экзотику подавай. Так что объяснить парню, что ничего экзотического, и уж тем более прекрасного в мужской любви нет, он решил раз и навсегда, чтобы тот не забивал себе голову ерундой.
- Геморрой не от этого, - выпалил Рома. - Ну… то есть не только от этого…
- Откуда знаешь? – усмехнулся Вадим.
- Я читал.
- Читал он. Ты бы лучше про оловянного солдатика читал. Ну, или «Войну и мир» на худой конец. А то…
Лифт тряхнуло, и он остановился. Двери открылись, выпуская пассажиров, и Вадим вышел на лестничную площадку.
- Найди себе нормальную девчонку, чтобы не противно было и вперед, покорять азы традиционного секса. А об остальном забудь… - произнес мужчина в закрывающиеся двери лифта, и глядя на разочарованное лицо парня.
«Надо было по-другому», - пронеслось у Ромы в голове, когда он остался в кабинке один, и она плавно поехала вниз. Вот только как, по-другому, он так и не понял, да и решил особо не заморачиваться. Если не брать в расчет то, что было пару - тройку лет назад, когда он, практически, изо дня в день наблюдал из своих окон неадекватного Вадима и слушал ругани за стенкой, то можно было с уверенностью заявить: Вадим – нормальный мужик. По крайней мере, вот он бы, Ромка, ни в жизнь бы не догадался о том, что у этого молодого человека не та ориентация. Значит не все геи красятся, носят юбки, колготки и накладные груди, как говорят парни из тусовки постарше. Не все они жеманные, манерные и похожи на баб. Вот Вадим… Вадим вовсе не был похож на женщину…
Все остальные мысли по поводу родственника соседей Ромка предпочел выкинуть из головы, ибо ни к чему хорошему они бы явно не привели.
После того разговора Рома в корне изменил свое отношение к соседям и к их родственнику в частности. Правда Максим и Юля были очень удивлены, когда соседский парень вдруг ни с того ни с сего начал не только здороваться с ними, но и помогать Юле затаскивать на их этаж двухместную коляску, которая в узкой кабине лифта просто не помещалась. А иногда даже развлекал во дворе их близнецов. Правда не часто и не долго. Буквально пару минут в промежутке между выходом из дверей подъезда и пока во дворе не появлялась его веселая компания.
В общем, Рома решил, что особо париться по поводу происходящего не стоит. Главное, это самому на всем этом не зацикливаться и не акцентировать на этом внимание, тогда и остальные ничего не заметят и не поймут. А то, что с девчонками противно… Так ведь это можно пережить, к этому можно привыкнуть. Вдруг Вадим прав – и ему, в конце концов, попадется та, от которой воротить не будет. Надо всего лишь подождать.
Правда, время шло, а ничего не менялось. Ни тебе приятного, ни щекотного, ни горячего. Ничего, кроме всё того же отчетливого желания сплюнуть себе под ноги и вытереть губы. Так что скоро Рома перестал пытаться найти «свою» девушку, и решил, что ему и так не плохо.
И все бы так и было, не появись в их дворе новенький.
Эмо – окрестил его Рома.
Педик – окрестили его все остальные.
И уже через месяц после бурных обсуждений, что и как с этим самым «педиком» им делать, компания решила устроить ему «темную».
Лешка – негласный лидер этой самой компании, решил взять «на дело» не всех. К сожалению и Рома попал в число «избранных». В принципе он не отличался ни спортивной подготовкой, ни злобным настроем по отношению к новенькому. Но, как ему казалось, именно за второе ребята его с собой и потащили. И как он не пытался отговорить их от этой затеи, у него не получилось.
«Педика» выловили как-то поздно вечером, подальше от своего двора и избили. Били все сразу и злобно приговаривали, что, таким как он, делать в их дворе нечего, и что если он хочет остаться в этом дворе жить, то лучше ему свои «голубые» замашки бросить. Били все четверо одновременно. Кроме Ромки. Ромка стоял в стороне, в ступоре, и не мог понять, за что избивали этого паренька. Только за то, что у него немного длиннее волосы, чем у всех остальных? За то, что в этих самых волосах проскальзывает пара, даже не розовых, а фиолетовых прядей? За то, что в брови и в губе серьга? За то, что пару раз его видели на улице с подведенными глазами? Или за то, что за все это время тот так и не попытался подружиться хоть с кем-то из их компании, и даже пару раз послал самого Лешика, когда тот попросил закурить.
За что???
Ведь парень не был «педиком», как окрестили его все. У парня была девушка, и она не раз приходила к нему в гости, и все это видели. Однако даже это их не остановило. Они били с каким-то остервенением и абсолютно не понятной злобой, приговаривая что «педикам не жить».
Именно тогда все изменилось. Именно тогда Ромке стало страшно. Ведь если так достается парню не за что, то, что же сделают с ним, когда узнают правду о нем?
Дожидаться конца «дела» Ромка не стал. Он просто убежал со всех ног, боясь оглянуться или услышать поспешные шаги за спиной. Ему почему-то казалось, что следующим обязательно будет он. Что его для того туда с собой и привели, чтобы вот так же, как этого беззащитного паренька, повалить на землю и испинать…
Очнулся Ромка только в своем подъезде, перед дверьми своей квартиры понимая, что не может в нее попасть. Несясь через дворы во весь опор, он потерял ключ, который, скорее всего, вывалился из не застегнутого кармана куртки, а бабушка как всегда была на работе.
Сев на ступеньки, Рома пустил голову на колени, сложил перед лицом руки и… Расплакался…
Он и сам не знал из-за чего. То ли из-за жалости к тому пареньку, то ли из-за жалости к самому себе. Только слезы текли ручьем, а остановить их он был не в силах.
Именно в такой позе и за таким «девчачьим», по Ромкиному мнению, занятием, его и застали Юля и Вадим.
Молодая женщина сначала, ничего не понимая, уставилась на юного соседа, а потом спросила:
- Ро-ом… Что случилось? Что-то с бабушкой, да? Что-то плохое? Что случилось?
Юля сидела перед подростком на корточках и пыталась добиться от него хоть одного слова помимо всхлипов и невнятных мычаний вперемешку с киванием головой…
- Ром! Не смей молчать! Прекрати мычать, ты не корова! Ро-ома!
Юля потрясла парня за плечи, но результата не добилась.
Вадим отодвинул родственницу в сторону, поставил парня на ноги и дал тому затрещину. Реветь и мычать Ромка перестал тут же. Лишь смотрел на мужчину большими от ужаса глазами.
- Успокоился? – спросил Вадим у него.
Рома в ответ кивнул и бросил быстрый взгляд в сторону сначала Юли, а потом своих дверей, в очередной раз, пожалев себя. Надо же было уродиться таким неудачником. Мало того, что ключи потерял, так еще и ревел как девчонка на глазах у соседей.
- С бабушкой что-то? – продолжил допрос Вадим.
Рома отрицательно помотал головой.
- Что тогда? – зло спросил мужчина.
Он всегда терялся, когда перед ним вдруг начинали плакать дети. Даже со своими племянниками он боялся оставаться одни на один, не зная, что заведет, если вдруг им стукнет в голову устроить «хор голодающих», как он называл все их истерики. А тут сидел и ревел то ли ребенок, то ли взрослый пацан, Вадим так и не понял.
- Я ключ по..терял, - произнес Рома, желая провалиться от стыда сквозь лестничную площадку.
- Господи, Рома, - вскрикнула Юля, прикрыв глаза рукой. – Не пугай меня так больше, пожалуйста.
- С руками что? – спросил Вадим, показывая на ободранные в кровь ладошки подростка, и окидывая того взглядом с ног до головы.
- Я… наверное… упал, - пробормотал Рома, разглядывая собственные руки и только сейчас замечая неприятное жжение и боль в них.
- Судя по состоянию твоих джинс и рук, падал ты не единожды, - вынес вердикт Вадим и отошел от парня.
- Я… не помню, - прошептал Рома.
Он и правда, не помнил. Ни как бежал, ни как падал, вставал и снова бежал… Даже как попал в подъезд без ключей…
Он лишь хотел убежать оттуда, где его друзья превратились в зверей. Оттуда, где ни в чем не повинного человека избивали неизвестно за что.
Юля запричитала ни хуже его бабушки, и, открыв дверь в свою квартиру, затолкала туда Рому, не желая слушать его «я не хочу», «я не пойду».
Сплетая паутину лжи 3. продолжение от 26.11.2011
Автор: SimKa
Бета: Chibik_Kawaii
Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: Артур, Матвей, Вадим, и др.
Рейтинг: NC-17
Жанры: Повседневность, Слэш (яой)
Предупреждения: Нецензурная лексика
Размер: планируется Макси,
Статус: в процессе написания
Описание:
Что может дать тебе новая работа? Новых друзей? Новую любовь? Новую жизнь? Или же все сразу, и полностью нового тебя? Что будет, если ты решишь все таки посмотреть своим страхам в лицо, а не прятаться от них, прикрываясь общественной моралью?
Посвящение:
Всем кто читал "Amoral" и ждал продолжения... )))
Глава 3.
Бета: Chibik_Kawaii
Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: Артур, Матвей, Вадим, и др.
Рейтинг: NC-17
Жанры: Повседневность, Слэш (яой)
Предупреждения: Нецензурная лексика
Размер: планируется Макси,
Статус: в процессе написания
Описание:
Что может дать тебе новая работа? Новых друзей? Новую любовь? Новую жизнь? Или же все сразу, и полностью нового тебя? Что будет, если ты решишь все таки посмотреть своим страхам в лицо, а не прятаться от них, прикрываясь общественной моралью?
Посвящение:
Всем кто читал "Amoral" и ждал продолжения... )))
Глава 3.